Виген Акопян: Флаги Ирана в Ереване: Армения - широта внешней политики на перекрестке угроз

В Ереване вывешивают флаги Исламской Республики Иран. Армянская столица готовится встретить президента ИРИ Махмуда Ахмадинежада.

Надо отметить, что визит пройдет на фоне усиления давления Запада на Тегеран. Министр обороны США Леон Панетта не исключает, что США нанесут удар по иранским ядерным объектам в течение следующего года. Различные информационные источники и эксперты утверждают, что еще раньше это может сделать Израиль. Реальность же в том, что угрозы атаковать Иран озвучиваются на протяжении последних 10 лет. Но планы эти постоянно откладываются, главным образом потому, что потенциальный ответ Тегерана не заставит себя ждать и может возыметь плачевные последствия в силу своей ассиметричности.

Тем не менее, текущий момент имеет важную особенность. События в арабском мире, особенно вокруг Сирии, грозят подорвать систему, в которой Иран привык защищать свои позиции. Если ИРИ будет атакован в условиях масштабной региональной дестабилизации, то ответный удар Тегерана может оказаться, выражаясь боксерской терминологией, "смазанным", то есть малоэффективным, в особенности, если внутренняя дестабилизация охватит и Иран. В Тегеране, вне всякого сомнения, стараются просчитать все варианты развития событий, имея при этом широкий потенциал для международного, регионального и локального ответа. В этом плане визит Ахмадинежада в Армению, безусловно, позволит иранскому руководству оценить и составить реальную картину процессов, разворачивающихся в другом соседнем для Ирана регионе - Закавказье.

Что касается Армении, то и она, подобно Ирану, находится в тисках давления и угрозы вовлечения в вооруженный конфликт вокруг Нагорного Карабаха, что также является фактором риска для граничащего с Карабахом Ирана. Однако, наряду с обоюдными рисками, Ереван и Тегеран уже давно доказали, что умеют сообща сглаживать угрозы. В частности, энергетическая безопасность Армении сегодня во многом обеспечивается за счет газопровода, который проложен из Ирана. В свою очередь Тегеран, поддерживая плотный диалог и содействуя Армении, создает систему сдерживания азербайджано-турецкого союза, который, очевидно, ориентирован на Запад. Мотивов поддерживать Ереван у Тегерана становится еще больше, если учитывать весьма широкие контакты, в том числе в военной сфере, между Баку и Тель-Авивом.

Можно сказать, что рост напряженности на Ближнем Востоке в определенной степени способствовал уточнению регионального баланса сил на Южном Кавказе. Активное участие Турции в кампании против Сирии, а также размещение на турецкой территории объектов ПРО США послужили заметному охлаждению отношений Тегерана с Анкарой. Говоря образно, "табуретку" из-под Ирана сегодня выбивает именно Турция, в сотрудничестве с Западом и рядом арабских стран.

Азербайджано-иранские отношения на текущем этапе также не отличаются особой теплотой. Баку и Тегеран перманентно обмениваются взаимными информационными ударами. Иранское духовенство в последнее время систематически угрожает Азербайджану, обещая устроить его руководству "исламское пробуждение". В Тегеране понимают, что Азербайджан, в котором сосредоточены нефтегазовые интересы Великобритании и США, оказался плотно привязан к Турции, являющейся главной артерией транзита этих ресурсов. В Тегеране весьма насторожены ростом связей Баку с западными военными кругами. Кроме того, Иран обеспокоен планами Запада усилить энергетическое присутствие в Каспийском море, в частности, путем строительства газопровода из Туркмении в Азербайджан. Этот проект призван обеспечить Западу доступ к углеводородным ресурсам Туркмении, а значит и пролонгировать меры по консервации иранских ресурсов. Не случайно, 9 ноября член комиссии по национальной безопасности и внешней политике иранского парламента Захра Элахиан заявил, что Азербайджан и Туркмения служат региональными форпостами "Моссада", а также спецслужб США и Великобритании. По его словам, с их территории осуществляются "террористические и разведывательные действия против исламского режима в Иране".

Очевидно, в условиях нарастания противоречий между Ираном с одной стороны и Азербайджаном и Турцией с другой, Армения предстает для Тегерана в роли ситуативного союзника, физически препятствуя динамичному срастанию Азербайджана с Турцией, а значит и усилению позиций НАТО на Южном Кавказе.

Практически та же цель - препятствовать усилению позиций Запада на Южном Кавказе - стоит сегодня перед Россией. Российско-иранские отношения, пережив спад после холостого нажатия кнопки "перезагрузка" между Москвой и Вашингтоном, кажется, возвращаются на круги своя. При текущих экспансионистских планах Запада, важность российско-иранского взаимодействия в Средней Азии, в Каспийско-Черноморском регионе и на Ближнем Востоке сложно переоценить. В случае с Арменией необходимо заметить, что энергетическая площадка этой страны сегодня сформирована за счет грамотного срастания интересов энергетических компаний Ирана и России, оставаясь при этом заблокированной со стороны Турции и Азербайджана.

Региональные аналитики периодически возвращаются к идее формирования условной оси Россия-Армения-Иран. Контуры этой оси периодически проступают, позволяя убеждаться, что она не столь эффективна, как перпендикулярная ей ось Турция-Грузия-Азербайджан, оформленная не только политически, а, что еще важнее - физически, посредством работающих коммуникаций. Строительство железной дороги из турецкого Карса в Баку через грузинскую территорию в обход Армении еще больше укрепит отношения между странами этой оси.

Армения в текущей региональной конфигурации подвергается весьма серьезным угрозам и рискам, но и вместе с тем получает широчайшее поле для маневра. С одной стороны Тегеран и Москва осознают всю важность армянского плацдарма, да еще и с учетом карабахского фактора (рычаг в сторону Азербайджана) и политико-исторического контекста взаимоотношений с Анкарой (рычаг в сторону Турции). С другой, Запад старается нивелировать армяно-турецкую вражду, чтобы интегрировать Ереван в политические и экономические инициативы по оси Запад-Восток. Однако сильное сопротивление и демарши Баку не позволяют Западу войти в Армению через "турецкую калитку", оставляя ее в поле влияния России и Ирана. В итоге Запад понимает, что в текущих условиях не вправе запретить армянской стороне сотрудничество с Ираном, поскольку это будет сродни смертному приговору - полной блокаде Армении. Тем не менее, ось Иран-Армения-Россия не выстраивается, поскольку на ее пути расположена Грузия - региональный буфер для России и возможный плацдарм для поддержки агрессии против Ирана. В этой связи стоит вспомнить публикацию "Независимой газеты", основанную на данных источника в министерстве обороны России. В частности, газета отмечала, что геополитическая обстановка вокруг Сирии и Ирана побуждает Россию в ускоренном порядке совершенствовать свои военные группировки в Закавказье, на Каспии и в регионах Средиземного и Черного морей. Согласно источнику, на фоне возможной интервенции на Иран, резко обострится проблема со снабжением российского воинского контингента в Армении, так как в апреле этого года Грузия прервала действие договора о транзите из России в Армению военных грузов. То есть, фактически, разорвала военную составляющую указанной выше горизонтальной оси Москва-Ереван-Тегеран.

"Фактически российско-армянская группировка на Южном Кавказе уже изолирована. Снабжение российской армии (ГСМ, продовольствием и т.д.) идет только по воздуху и путем прямых договоров с Арменией, которая, в свою очередь, подобную продукцию (бензин, дизельное топливо, керосин) закупает в Иране. Война в Иране будет означать прекращение снабжения базы через этот канал", - говорит источник "НГ". В свою очередь генерал-лейтенант Юрий Неткачев, который долгое время был заместителем командующего Группы российских войск в Закавказье (ГРВЗ) и занимался вопросами снабжения 102-й базы РФ в Армении, считает, что в случае начала полномасштабной войны против Ирана, Россия будет искать пути надежного боевого снабжения военного объекта через Грузию. "Возможно, придется прорвать грузинскую транспортную блокаду и обеспечивать военными средствами транспортные коридоры, ведущие в Армению", - считает военный эксперт.

Если исходить из этих данных, то военное присутствие России в Армении уже сегодня поддерживается за счет Армении и Ирана. Поддержание военного присутствия РФ в Закавказье в случае военных действий против Ирана потребует от Москвы решительных действий по физической фиксации оси Север-Юг, поскольку только таким образом она может остановить дальнейшее обустройство и расширение "Южного коридора" через Кавказ в Среднюю Азию, частью которой Запад стремится сделать и Армению. В настоящее время данные усилия отражаются в мерах по максимальному упрощению таможенных и пограничных процедур на границах Армении с Грузией и Грузии с Турцией. Фактически, создается иллюзия разблокирования армяно-турецкой границы через Грузию, что, конечно, делает безосновательными протесты Баку, но и, тем не менее, несет "косметический" эффект для Армении.

Подводя итог, можно сказать, что ущербная региональная позиция, в которой находится Армения, тем не менее, имеет и оборотную сторону. Испытывая угрозы со стороны азербайджано-турецкого блока, Армения в определенной мере прикрывает тыл Ирана и обеспечивает возможности регионального военного присутствия для России. Вместе с тем, трезво оценивая международную ситуацию и глобальную политическую конъюнктуру, Ереван в рамках своей внешнеполитической стратегии балансирования внешних интересов, выстраивает тесные отношения с Грузией и Западом. Фактор армянской диаспоры и проблематика международного признания геноцида армян придает внешней политике Армении большую гибкость и децентрализует ее, позволяя солидаризироваться с рядом западных стран, поддерживающих режим давления на амбициозную Турцию при помощи "армянского рычага". Подтверждением тому, решение парламента Франции о криминализации отрицания Геноцида армян в Османской Империи 1915 года, а также обращение резолюции о признании этого исторического факта в Конгрессе США.

В общем и целом, можно констатировать, что политическому руководству Армении удается поддерживать широкую диверсификацию внешнеполитических ресурсов в условиях интенсивных угроз для ее безопасности, исходящих сразу со всех направлений "регионального перекрестка".

Источник: http://www.regnum.ru/news/fd-abroad/armenia/1482793.html

Тбилисский титан

Автор: Томас де Вааль
Дата публикации: 30-11-2011

Я стою в фойе своего отеля в столице Грузии Тбилиси. Небритый молодой человек с вопрошающим выражением лица подходит ко мне и спрашивает: «Томас?», я киваю, а он в ответ произносит одно слово: «Бидзина».



Моя встреча с человеком, о котором большего всего говорят в Грузии, вот-вот начнется.



Мы садимся в Toyota Landcruiser, поднимаемся на вершину тбилисского холма и затем въезжаем на небольшую частную дорогу. Ворота с электронным управление плавно открываются, и вскоре мы оказываемся перед взмывшим вверх зданием из стали и стекла, футуристическим замком в окружении множества современных статуй, построенным японским архитектором Шинном Такамутцу.



Меня проводят к нему. Бидзина Иванишвили невелик ростом, с маленького эльфа, безупречно одет, на лице его улыбка. Я раньше никогда не брал интервью у миллиардеров, но его манера располагает. Он начинает нашу встречу с того, что показывает мне картины на стене: Эгон Шиле, Клод Моне, Люсьен Фрейд — все это на самом деле отличные репродукции, а оригиналы — в Лондоне. Он прост и разговорчив, но в нем чувствуется огромная уверенность в себе и самообладание.



Мы усаживаемся под портретом работы Л. Фрейда, и я задаю ему вопрос, варианты которого он слышал раз сто за последний месяц: «Что побудило вас заняться политикой в Грузии?»

Не будет преувеличением сказать, что за один месяц Иванишвили полностью перевернул политику в своей стране. Грузия пережила бурное десятилетие. Сначала мирная «Революция Роз» смела старый, уставший режим Эдуарда Шеварднадзе. Затем Михаил Саакашвили стал самым молодым главой государства в Европе в возрасте 36 лет и начал ряд реформ по модернизации, от которых волосы дыбом вставали. Переменчивый по характеру, Саакашвили пошел на прямое столкновение с Россией по вопросу отколовшихся Абхазии и Южной Осетии. Эта конфронтация переросла в полномасштабный конфликт в 2008 году. После поражения в войне популярность Саакашвили резко упала, но власть он отдавать не хотел. Вместе со своей правящей партией он постепенно вернул себе инициативу, и в преддверии следующих выборов 2012-13 годов они снова занимают командное положение. Они практически монополизировали парламент, исполнительную власть и местные органы власти и средства массовой информации.



И тут появляется наш олигарх. Заработав состояние в России (по оценкам журнала Форбс, 5.5 млрд. долларов), Иванишвили вернулся в свою родную деревню в центральном районе Грузии и стал щедрым филантропом, помогая школам, театрам, церквям и профессиональным художникам, при этом никогда не показываясь на публике. Он вел настолько уединенную жизнь, что получил прозвище «граф Монте-Кристо». Эксцентричности рассказу о нем добавил переезд его сына Беры в Лос-Анджелес. Он стал самым знаменитым рэпером Грузии, на время затмив славу своего отца.



Затем, нежданно-негаданно, 7 ноября, Иванишвили объявил о том, что начинает заниматься политикой, и, бросая вызов Саакашвили, планирует «прийти к власти» на выборах в следующем году.



Когда, месяц спустя, я приехал в Грузию, две трети всех разговоров были все еще о решении Иванишвили.

За прошедший год с небольшим, те 10-12 человек, с которыми я регулярно общаюсь в Тбилиси (старые друзья, журналисты, ученые и иностранцы, которые долгое время живут в Грузии), говорили приблизительно следующее:



«Правящая партия сделала много хорошего, но они слишком заняты вопросом сохранения за собой власти и потеряли связь с народом. Они перестали отличать свои PR акции от реальности. Многим они надоели: в Тбилиси потому, что сузили демократическое пространство, а в деревне потому, что не хватает рабочих мест. Но оппозиция дискредитирована, а другого выбора нет».



Поэтому этот вызов создавшемуся положению удивил моих друзей и добавил им энергии. Но что касается самого Иванишвили, то мнения разошлись:

«Он переписал заново правила игры, и это хорошо для Грузии».



«Мне не нравится его стиль. Он меня пугает».



«Люди стали такими циниками. Но сейчас у них появилась надежда».



«Пока это шоу одного актера. Вопрос в том, сможет ли он создать платформу и программу».



Обычные люди, с которыми я разговаривал, воодушевлены сверх меры. Мой очень ненаучный опрос общественного мнения среди таксистов и знакомых, не связанных с политикой, показал, что десять из десяти людей поддерживают бизнесмена. От людей этой группы я постоянно слышал одну и ту же фразу: «Он столько сделал для Грузии».



Первоначальная реакция власти на демарш олигарха была враждебной. На основании спорных причин они лишили его и его жену грузинского гражданства, что заставило его напрямую обратиться к президенту с просьбой его вернуть. Иванишвили поддержал не кто-нибудь, а сам Патриарх Грузинской Православной Церкви, заявивший в своей воскресной проповеди, что патриот заслужил, чтобы ему вернули гражданство. Правительство попыталось дискредитировать Иванишвили путем проведения напористого расследования деятельности его банка в Грузии, а проправительственные СМИ пытались саботировать его пресс-конференцию, на которой он объявил о своем политическом дебюте. Обе эти попытки привели к прямо противоположному результату: они вызвали волну народной поддержки и усилили недоверие к официальной трактовке событий.



Месяц в Тбилиси из-за этих событий был бурным. В общественной жизни Грузии чего-то не хватало, а Иванишвили вызвал это к жизни. Но, как сказал мне научный работник Георгий Гогсадзе, «все это больше касается феномена Иванишвили, а не его личности». Говоря другими словами, в нем сначала видят фактор перемен и только потом яркую личность.



Но рано или поздно личность окажет свое влияние. И вот у меня есть полтора часа, чтобы поговорить с этим человеком.



На короткий вопрос «Почему?» следует пространный ответ. Он поддерживал существующее правительство по многим вопросам и много раз встречался с Саакашвили до 2008 года. Он финансировал армию и школы. Но он порвал с правительством, потому что считает, что Саакашвили обманом выиграл президентские выборы 2008 года. После этого он стал «изучать» оппозицию. Поняв, что дела у них неважные, он решил помочь. «Если оппозиция могла бы это сделать и прийти к власти без моей помощи, я бы конечно, не пришел бы. Но поскольку оппозиция сама этого сделать не может, я ей помогаю прийти к власти».



Он видит, что грузинское общество устало: «Эти реформы стали шоком для людей. Каждая реформа, каждый шаг шокирует людей». «То, что создало правительство, - говорит он,- это показушная экономика, все показушное, просто потемкинская деревня». Он считает, что сейчас и у бизнеса меньше свободы, чем при Шеварднадзе, потому что жестко контролирует доходы, деятельность СМИ и судов.



Я поднимаю вопрос преемственности. Грузины, говорю я, устали от беспорядка и хотят быть уверенными в том, что в случае смены режима не придется начинать все сначала. Он соглашается и говорит, что есть много профессионалов, которые должны оставаться на своих рабочих местах или «даже получить повышение». Но реформы, которые он одобряет, сравнительно невелики — их всего три: это модернизация армии, искоренение коррупции в полиции и системе образования.



Что больше всего беспокоит людей в отношении Иванишвили, так это стальная уверенность, с которой он объявляет о том, что победит. Грузии, говорю я, не нужен новый мессия. Ее трех последних президентов — Звиада Гамсахурдия, Шеварднадзе и Саакашвили — встречали, каждого по очереди, как спасителей страны. И каждый раз на смену эйфории приходило разочарование, когда руководитель страны не выполнял своих обещаний.



Иванишвили ждет этого вопроса. «Я говорю своим сторонникам: не идеализируйте меня», — смеется он. В свою защиту он говорит, что выбрал в союзники две независимые и состоявшиеся оппозиционные партии: одна из них — партия бывшего посла Грузии в ООН Ираклия Аласания, который придерживается прозападных взглядов.



Тем не менее, его рецепты радикальны, и все касаются его самого. Он говорит, что планирует сформировать новое правительство в Грузии, изменить систему, а потом уйти. «Я быстро уйду из власти, гарантирую. Вы встретитесь со мной через два года или чуть позже, и увидите, что я не цепляюсь за власть».



Кроме того, есть еще вопрос о России, который со времени войны 2008 года разбил Грузию на две части, придерживающихся полярных точек зрения. Любая оппозиционная фигура, которая говорит об улучшении отношений с Россией, рискует получить от проправительственных СМИ клеймо человека, лишенного патриотизма. Иванишвили делает все, что в его силах, чтобы пройти через это минное поле.



«С одной стороны, грузинский народ пострадал в результате этой войны. На ком бы ни лежала ответственность, Россия точно была неправа, развязав масштабную агрессию против грузинского народа, — говорит он. — С другой стороны, я очень хорошо понимаю, что мы не должны драматизировать ситуацию, мы не должны лично их проклинать, как это делает Саакашвили. Мне и моей команде, всем нам придется начинать с ними немедленные переговоры, чтобы выйти из ситуации застоя». Он заявляет, что уже начал продавать свои активы в России, что принесет около 1,5 млрд. долларов.



После нашей беседы для меня проводят экскурсию по зданию и показывают художественную коллекцию. В одной из самых больших комнат, практически не было другой мебели кроме пианино Стейнвэй. («У меня вся семья играет», — говорит он.) У огромного стеклянного окна открывается вид на громадную бронзовую скульптуру распускающихся листьев французского художника Бернара Вене, видны также новый президентский дворец Саакашвили и самая большая церковь в Грузии — церковь Троицы, — строительство которой финансировал Иванишвили. У меня не могло не возникнуть ощущения, что мне бы хотелось, чтобы Грузия не настолько полагалась на крупные личности: на Саакашвили, Патриарха и миллиардера, рядом с которым я стоял.



Он представляет собой удивительную и загадочную смесь: Люсьен Фрейд и Православная церковь, лос-анджелесский рэпер и Патриарх, бизнес карьера в России и прозападные политические союзники, немногословность и стальная воля. После полутора часов, проведенных с новым грузинским феноменом, мне кажется, что он свой собственный проект и ничей другой. Он искренен, но его подход к решению проблемы — в данном случае, в отношении правительства, которое ему не нравится, — это личное вмешательство одного человека. А программа пока находится в стадии разработки.

И хотя, кажется, что встряска может пойти политической жизни Грузии на пользу, боюсь, что грузины принимают этот новый феномен в расчете на его деньги и в надежде на то, что он сможет стать новым спасителем.



Если выразить эту мысль по-другому, то вопрос не столько в Иванишвили, сколько в самой Грузии и ее ожиданиях. Для малой страны это станет серьезным экзаменом: сможет ли она справиться с еще одной столь примечательной личностью, какими бы искренними ни были ее намерения.

И хотя, кажется, что встряска может пойти политической жизни Грузии на пользу, боюсь, что грузины принимают этот новый феномен в расчете на его деньги и в надежде на то, что он сможет стать новым спасителем.



Если выразить эту мысль по-другому, то вопрос не столько в Иванишвили, сколько в самой Грузии и ее ожиданиях. Для малой страны это станет серьезным экзаменом: сможет ли она справиться с еще одной столь примечательной личностью, какими бы искренними ни были ее намерения.

И хотя, кажется, что встряска может пойти политической жизни Грузии на пользу, боюсь, что грузины принимают этот новый феномен в расчете на его деньги и в надежде на то, что он сможет стать новым спасителем.



Если выразить эту мысль по-другому, то вопрос не столько в Иванишвили, сколько в самой Грузии и ее ожиданиях. Для малой страны это станет серьезным экзаменом: сможет ли она справиться с еще одной столь примечательной личностью, какими бы искренними ни были ее намерения.

И хотя, кажется, что встряска может пойти политической жизни Грузии на пользу, боюсь, что грузины принимают этот новый феномен в расчете на его деньги и в надежде на то, что он сможет стать новым спасителем.



Если выразить эту мысль по-другому, то вопрос не столько в Иванишвили, сколько в самой Грузии и ее ожиданиях. Для малой страны это станет серьезным экзаменом: сможет ли она справиться с еще одной столь примечательной личностью, какими бы искренними ни были ее намерения.

И хотя, кажется, что встряска может пойти политической жизни Грузии на пользу, боюсь, что грузины принимают этот новый феномен в расчете на его деньги и в надежде на то, что он сможет стать новым спасителем.



Если выразить эту мысль по-другому, то вопрос не столько в Иванишвили, сколько в самой Грузии и ее ожиданиях. Для малой страны это станет серьезным экзаменом: сможет ли она справиться с еще одной столь примечательной личностью, какими бы искренними ни были ее намерения.

Источник: http://inoforum.ru/inostrannaya_pressa/tbilisskij_titan/